Парад заключенных

В 1833 году Видок вышел в отставку, так как новый префект полиции Генри Гиске возражал против того, чтобы вся криминальная полиция состояла из бывших арестантов. В 1857 году Видок умер.

Он интересно прожил остаток своей жизни, имел частное сыскное бюро (видимо, первое в мире), был зажиточным коммерсантом, писателем, другом великого Бальзака, которому не раз подсказывал темы будущих романов. «На посту шефа Сюртэ Видока сменили представители буржуазии: Аллар, Канлэ, Клод, а в 1879 году — Гюстав Масе.

Сюртэ пережила пять политических переворотов: от Наполеона — к Бурбонам, от Бурбонов — к июльской монархии Луи-Филиппа Орлеанского, от июльской монархии — к империи Наполеона III и от Наполеона III — к Третьей республике.

Из бывшей мрачной резиденции на улице Святой Анны она переехала в не менее мрачное здание на Кэ д’Орлож, а затем — в здание префектуры на Кэ д’Орфевр.

Вместо 28 подчиненных Видока здесь уже работало несколько сотен инспекторов.

Его служащие с уголовным прошлым постепенно уступили место почтенным буржуа.

Но ни Аллар, ни Канлэ, ни Клод, ни Масе не изменили принципам работы Видока — многие бывшие преступники состояли у них на службе в качестве филеров и сотрудников.

Уголовники, высланные из Парижа и тайно вернувшиеся, при повторном аресте стояли перед выбором: либо работать на Сюртэ, либо сесть за решетку.

Сюртэ также никогда не отказывалась от подсадки своих провокаторов (носивших название «мутоны») в камеры для получения информации от заключенных. А сами инспектора систематически посещали тюрьмы и приказывали водить вокруг себя арестантов, чтобы, подобно Видоку, развить у себя память на лица («фотографическую память») и знать преступников в лицо.

«Парад» был самым распространенным методом выявления заключенных, имевших ранее судимость, или идентификации разыскиваемых преступников, отбывающих срок по другому делу.

Архив Видока превратился в колоссальный бюрократический аппарат, горы бумаг загромождали неприветливые, пыльные, освещенные газом залы префектуры. На каждого преступника здесь была заведена карточка.

В ней значилось его имя, количество судимостей, была описана внешность. В архиве насчитывалось около пяти миллионов таких карточек.

А число их все увеличивалось, так как проверке стали подвергаться даже иностранцы, селившиеся в отелях и гостиницах Парижа.

В 40-х годах в одной из брюссельских тюрем стали фотографировать заключенных.

Этот новый метод регистрации и идентификации преступников был использован и в Париже.

В префектуре накопилось 80000 фотографий. Но как ни удивлялись иностранцы быстрому разоблачению преступников, бежавших с их родины в Париж, как ни содействовало это удивление легендарной славе парижской полиции, все же она переживала в 1879 году глубокий кризис, который и выдвинул на арену истории развития криминалистики Альфонса Бертильона.